«Они нам как дети»: как создают кукол в кемеровском театре

Театр кукол им. Гайдара появился в Кемерове 77 лет назад. За это время в театре работники создали более четырёх тысяч различных кукол. И у каждой – своя история. Причём ни одна из кукол ни разу не повторилась.

Корреспонденты Сибдепо побывали в цехах театра и узнали, как театральная кукла рождается на свет – от идеи до выхода на сцену.

В кемеровском театре кукол им. Гайдара сейчас активно готовятся к премьере. 21, 23 и 24 марта впервые покажут спектакль «Летучий корабль». Куклы уже почти готовы и совсем скоро артисты начнут репетировать постановку вместе с ними.

Перед тем, как кукла окажется перед зрителями, она проходит несколько этапов «жизни». Каждый из них важен, пропустить один из них невозможно. А уже после того, как кукла приходит в негодность или спектакль перестают ставить на театральных подмостках, весь реквизит и кукол отправляют в хранилище – подвал здания напротив.

Этап первый. Идея.

Прежде чем в цехах театра начнут изготавливать кукол, режиссёр выбирает, какое собственно произведение нужно поставить. Эта работа ведётся почти постоянно, иногда для постановки берутся те тексты, которые раньше казались не подходящими для театра кукол.

«В принципе, для произведений есть, конечно, ограничения. Если пьеса или история стоит на образности – это наш материал. Если она стоит на психологическом конфликте – можно сделать в куклах, но зачем? Хороший роман, например Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки», можно поставить в драматическом театре, там не нужны куклы. Надо понимать, что театр кукол не занимается напрямую психологией, он занимается скорее историей образной. На примере того же «Колобка» — катился человек по жизни, оставил он следы какие-то в людях, не оставил – вопрос психологического воздействия друг на друга. Потому что Колобок, убегая от бабушки с дедушкой, почему это делает? Потому что их жизнь закончилась, ему надо двигаться дальше. И там нет прямого конфликта отцов и детей, там решается совсем другая история. Всё, человек вырос, мы говорим о взрослении, об отделении, когда человек становится самостоятельным. Не о том, что «в наши времена всё было иначе» — об этом у Тургенева», — рассказывает главный режиссёр театра кукол Сергей Ягодкин.

Каждый год в театре кукол представляют примерно четыре новые постановки. Большинство из них – на основе сказок и детских книжек. Но даже на всем известные произведения режиссёр старается посмотреть необычно. Например, «Крошка Енот» в театре кукол им. Гайдара – про боязнь общения, а не про страх своего отражения.

После того, как режиссёр находит произведение, которое непременно должны увидеть зрители театра, он обсуждает идею с художником – образы спектакля, из чего будут состоять куклы, как они должны выглядеть. Художник должен понять, что хочет донести режиссёр до зрителя, увидеть это.

«Мы, режиссёры, придумываем цепочку вопросов, на которые актёр отвечает. Дальше, когда у меня есть представление о спектакле, мы садимся с художником. Я ему говорю, что на самом деле пьеса не про Колобка. А про то, что это цикл жизни человека. Вот он начинается: у него утро есть, он растёт, день, вечер и в конце -умирает. И история Колобка, собственно, об этом будет. Я ему говорю: «Давай придумаем какой-нибудь образ спектакля, что у нас может быть образом жизни». Нить Ариадны оказалась. «А давай сделаем на сцене ткацкий станок, на котором будем ткать эти картины?» О, классно. Тогда куклы у нас будут из лоскуточков состоять. Всё, он дальше начинает рисовать», — рассказал главный режиссёр театра Сергей Ягодкин.

Далее художник-постановщик рисует эскизы и чертежи. После того, как эскизы готовы, внешний облик кукол и декорации продуманы, начинается технический совет. На нём обсуждается из каких материалов должны быть изготовлены куклы, декорации, реквизит. Обсуждается заранее и то, что и как будет делать кукла: моргать глазами, махать руками или что-то ещё. И только после этого всего начинается непосредственный процесс создания куклы.

Этап второй. Рождение куклы.

В театре куклы бывают разные по типу – верховые (например, перчаточные), планшетные (например, марионетки) и большие, с человеческий рост. От того, какого типа будет кукла, зависит, какую работу нужно проделать.

После того, как на художественном совете определились с тем, как будут выглядеть будущие герои спектакля, а на техническом – из чего их делать, в работу вступают художники-декораторы. Постановщик отдаёт им эскиз в цвете и чертежи в натуральную величину и начинается настоящая магия.

«В конце марта у нас будет новый спектакль. Вот, художник нам предоставил эскиз по двум братьям для этого спектакля. Эскиз нужен для того, чтобы мы видели всё в цвете. Иногда на него прикалываем материал, который будем использовать. Художник ходит по магазинам, выбирает, какой материал пойдёт на одежду. Конкретно эти куколки надеваются на голову, за леску актёр будет дёргать и рот будет открываться. А сверху будет ещё одна шапочка, которая будет сниматься, соединяться у двух актёров и будет получаться патефон для декораций. То есть изначально куклы выступают как головной убор, а потом – как элемент декораций. Где-то в середине спектакля эти братья уходят, поэтому можно использовать как патефон», — рассказала художник-декоратор Оксана Рыбакова.

Каждый цех, где идёт работа над куклами, уникален. У декораторов – полные коробки с разными деталями. Коробки подписаны так, будто в театре снимают фильмы ужасов или орудует маньяк – «лезвия поношенные», «куски кожи трофейные», «Лёха начало бусики и бусины», «ухо? колбаса свежая закусон». В цеху, где шьют одежду для кукол и костюмы для актёров – бесконечное множество разных видов тканей. А в столярной – пахнет деревом и металлом.

Первая «станция» — декораторская. В основном, куклы делают из папье-маше. Потому что такая техника позволяет создать достаточно прочный материал любой формы. Сначала из пластилина вырезают форму, которую потом заливают гипсом и обклеивают папье-маше. Форму обклеивают в среднем 8-10 слоями, в зависимости от куклы: чем она больше, тем больше слоёв нужно использовать. Также количество слоёв зависит и от механики – если есть какой-то механизм, кукла должна быть более прочной.

Тех же братьев для «Летучего голландца» изготовили именно по такой технологии папье-маше. Причём в итоге братьев оказалось не два, а три – в спектакле будут задействованы два состава актёров, у которых разные размеры головы. Декораторы испробовали разные варианты, но в итоге пришли к выводу просто сделать одного брата-дублёра.

«Чтобы изготовить эту куколку-брата, мы вырезали из термофлекса форму, шкурили её, обрабатывали и облепливали её папье-маше. Высушиваем, снимаем, потом столяр-конструктор разрезает её, делает механику и вот она внутри обрабатывается, сверху тоже типа юбочки обклеиваем. Головёшечка, ручки на пружинках. Всё, кукла дальше пошла в работу, детальки добавляют. Сейчас ждём, когда художник глаза нарисует», — поясняет Оксана Рыбакова.

В среднем, на создание одной куклы уходит около месяца. Минимум неделя уходит на то, чтобы склеить, высушить, отшлифовать. Из поролона (а такие куклы тоже используются) куклы делаются намного быстрее – вырезают ту форму, которая нужна, обрабатывают, обшивают и кукла готова.

Делают в театре самостоятельно и каркасные куклы: сначала столяр изготавливает каркас, поверх которого создают нужный объём. Затем куклу обшивают, причём одежда, как правило, несъёмная, пришивается прямо к тельцу куклы. Потом её возвращают декораторам – дорабатывать голову: волосы, головной убор и в конце – роспись лица. Примером такой куклы оказалась трёхглазка из спектакля «Крошечка-Хаврошечка».

«У нас все куклы любимые. Делаешь и нянькаешься с ними, играешь. Пока эскизы смотришь, ты ещё не делаешь, не испытываешь каких-то эмоций. А когда ты делать куклу начинаешь, пропускаешь через себя, естественно, она становится любимой. Даже такую смешную куклу как трёхглазка – ну как её не любить? По материалам нет каких-то ограничений, а вот насчёт характера, конечно, с отрицательными персонажами работать интереснее. Потому что положительные герои, на мой взгляд, практически одинаковые», — говорит художник-декоратор Оксана Рыбакова.

У декораторов в цеху на полках самые разные вещи. И почти на каждой полочке – клей. ПВА, жидкие гвозди, строительный – при создании кукол используют самые разные и неожиданные материалы.

«Недавно мы делали куклу-ангелочка, у которой сверху должна была быть мигалка. Голову ломали – должен быть круглый и прозрачный предмет, чтобы внутри оказался светодиод. В итоге коллега купила ребёнку игрушку и упаковка от него подошла. Волосы из мочалки делали для другого ангелочка. Мы брали фен, накручивали на деревяшку мочалу и задували строительным феном, чтобы придать форму. Потом застрачивали и получились такие кудряшки. Чтобы центр тяжести сделать, грузики добавляли от штор. А в спектакле «Солнечный луч» у кота когти из садовых перчаток», — продолжила Оксана Рыбакова.

Следующий важный пункт на жизненном пути куклы – пошивочный цех. Здесь шьют абсолютно всё: и кукол, и одежду, и мягкие декорации – всё, что связано с тканью.

«Бывает, что проходит какое-то время и актёр поправляется или, наоборот, худеет, и приходится ему костюм или новый шить, или расшивать, ушивать. Обычно к этому времени бывает проблема, что ткани такой в магазине уже нет. И приходится что-то придумывать. С спектаклем «Теремок» был случай – сначала выбрали одну ткань, а когда уже стали играть, оказалось, что на сцене ткань как-то не так смотрится. И пришлось перешивать костюмы из другого материала», — поделилась заведующая производственными цехами Елена Опарина.

В пошивочном цеху говорят, что каждый костюм нравится и делается с душой. Все созданные костюмы хранятся и когда в театре устраивают капустники или творческие вечера, художник-модельер Роза Бохмянина «сватает» артистам самые-самые любимые костюмы. Так они получают вторую жизнь.

Далее – мастерская. Здесь работает мастер на все руки художник-конструктор Евгений Манякин. Именно благодаря ему куклы могут двигать глазами, открывать рты и делать другие вещи. Если что-то в декорациях должно двигаться или трансформироваться – тоже к Евгению Анатольевичу.

«Мне говорят – я делаю. Если надо что-то, придумываю. Каждая кукла индивидуальна, под каждую нужно делать свои механизмы. Использую всё – пружины, дерево, лески, металл. Вот пробка на бутылку будет такая для нового спектакля. Она будет в бутылку вставляться и будет такая кукла двойная – с одной стороны весёлый и добрый персонаж, а с другой – злой и грустный», — говорит Евгений Манякин.

В мастерской можно найти самые разные предметы, начиная от столярных инструментов и заканчивая элементами детских игрушек.

«У меня в мастерской чего только нет. Иногда пороешься, поищешь что-то найдешь, что-то придумаешь. Например, надо, чтобы декорация крутилась именно из этой точки – взял механизм с детской игрушки-бабочки, которую по асфальту катают. Помню, у нас был такой спектакль «Котик-наоборотик» лет 20 назад. И там было ружьё, которое стреляло огурцом. Но оно должно было стрелять не вперёд, а назад, потому что он котик-наоборотик. Очень долго пришлось выдумывать этот механизм. В итоге две-три пружины сделал на курок и возвратный механизм. Были куклы, у которых брови поднимались, веки закрывались, а не глаза», — пояснил художник-конструктор.

Этап третий. Репетиции.

После того, как все куклы и реквизит готовы, в театре начинаются репетиции. И тут то выясняется, что кукла может быть неудобной для актёра. Например, механизм может быть слишком тугим, ручка неудобная или что-то ещё. Тогда куклу отправляют обратно в цеха и переделывают. Потому что кукла должна быть не только внешне эстетично красивой, но комфортной для работы.

«Репетиции у меня проходят по-разному. Каждый спектакль требует своего репетиционного языка, нет общих правил каких-то. Условная последовательность выработана, но каждый материал заставляет работать по-разному. Понятно, что, например, музыкальный номер мы не будем репетировать, пока композитор не пришлёт музыку. Потому что мы не можем этюдно проработать то, что будет построено на музыке. Но когда мы её получаем, мы можем делать что хотим», — говорит главный режиссёр театра Сергей Ягодкин.

Этап четвёртый. После спектакля.

Создание новых кукол трудоёмкая, но не ежедневная работа. Чаще всего в театре реставрируют тех «артистов», которые задействованы в уже имеющихся спектаклях.

Чаще всего страдают носы – они облупляются, сдираются и требуют реставрации. Ещё частая причина поломок – механизмы. Из-за постоянного использования кукол, механизмы изнашиваются быстрее и требуют ремонта. Но их не так просто поправить. Например, когда корреспонденты Сибдепо были в театре, на ремонте лежала трёхглазка из спектакля «Крошечка-Хаврошечка».

«Частенько куклы приходится реставрировать, есть такое. Потому что они все рабочие, а не выставочные. Где-то столкнутся, упадут, где-то в механике где-то заедает. Вот нам принесли трёхглазку, что-то заедает. А чтобы поправить механизм, надо всё вскрывать, смотреть, что с леской, это сложный механизм. И это при том, что «Хаврошечка» не часто играется, это невыездной спектакль», — рассказала художник-декоратор Оксана Рыбакова.

Куклы страдают и при транспортировке – половину спектаклей отправляют на гастроли, а также показывают в школах и детских садах.

Когда-то кукол, которые отжили долгую и счастливую жизнь и были списаны после снятия спектакля с репертуара, могли забрать домой сотрудники театра. Потому что места для хранения реквизита было катастрофически мало. Теперь места по-прежнему не хватает, но списанных кукол отправляют в хранилище – через дорогу. Часть кукол продолжают «работать» — участвует в выставках.

Но даже после списания декораторы и швеи любят своих кукол. Нам показали Муми-Тролля – уже старенького, повидавшего многое, местами сильно выцветшего. Эту поролоновую игрушку сделали много лет, но по-прежнему работники театра называют её ласково «наш старичок».

Текст: Анастасия Прокудина.
Фото: Максим Серков/Сибдепо.

Комментарии

Рекомендуем