«Парк Горького»: люди хотят нас слушать!

В России, да и, пожалуй, во всем мире, группа «Парк Горького» имеет статус легенды. Как же иначе, ведь в первые годы своего существования «Парк Горького» уже имел за плечами сотни тысяч проданных во всем мире пластинок и мировое признание. Сейчас группе уже более десяти лет, но «Парк Горького» по-прежнему любят и с нетерпением ждут во всех городах России.

В России, да и, пожалуй, во всем мире, группа «Парк Горького» имеет статус легенды. Как же иначе, ведь в первые годы своего существования «Парк Горького» уже имел за плечами сотни тысяч проданных во всем мире пластинок и мировое признание. Сейчас группе уже более десяти лет, но «Парк Горького» по-прежнему любят и с нетерпением ждут во всех городах России. 

Недавно легендарная группа, вернее, те её музыканты, которые остались после ухода из группы Маршала и Носкова, побывала в Кемерове. Современный состав «Парка» насчитывает всего три человека: солист Алексей Белов, гитарист Александр Яненков («Ян») и новый барабанщик Саша Макин. Небольшим концертом популярной когда-то и у нас, и за рубежом группы наслаждались посетители казино «Royal». После зажигательного выступления Белов и Яненков, несмотря на усталость, согласились в эксклюзивном интервью ответить на вопросы журналиста «МК» в Кузбассе».
Корр.: — …И снова «Парк Горького». Это что, второе пришествие?
А.Б.:
— Мы вылезли на сцену не потому, что нам очень хотелось, мы вылезли потому, что людям хочется слушать нас. После того как группа разбежалась в конце 99-го года, каждый занимался тем, что ему интересно. Саша Львов, наш постоянный барабанщик, остался в США, Ян занялся сольной карьерой, а мне было интересно заниматься студийной работой, музыкой для кино. Я написал саундтреки к двум американо-русским фильмам, один из которых, «Зеркальные войны», недавно прошёл в кинотеатрах. Второй назывался «Красные змеи». Потом, какое-то время спустя, начали приходить просьбы от друзей, работающих в шоу-бизнесе, не только из России, они хотели, чтобы люди снова услышали музыку «Парка Горького». Дело в том, что ни один из солистов, которые были в группе, даже на четверть не представляет её творчество. Коля Носков поёт романсы в большей степени, Саша Маршал ушёл вообще в шансон. А у группы огромный музыкальный багаж. По причине востребованности группы мы решили объединиться и стали потихонечку делать такие пробы пера. Перед выступлениями нам пришлось какое-то время поработать, порепетировать, потом стали давать небольшие концерты. Было это меньше года назад. У нас сейчас концептуальный тур по стране. Мы его называем «мини-риюнион». Концепция заключается в том, чтобы люди услышали нашу музыку, музыку группы «Парк Горького».

Корр.: — Ну и как, получается?
А.Б.:
— Вроде получается. Например, мы летом были в одном городе, а недавно выступали там снова. На концерт пришло ровно в два раза больше людей, чем в первый раз. Это уже очень хороший показатель. Ещё недавно мы в Калининграде выступали. В городе одновременно с нами давали концерты 4 артиста первого эшелона: «Чай вдвоём», Авраам Руссо, Smash, ещё кто-то… На наш концерт пришло почти две тысячи человек. Организаторы просто ахнули, они нам такой банкет устроили!.. Мы не ожидали такой реакции, ей-богу.
Корр.: — Недавно у нас в Кемерове прошёл слух, что группа «Братья Грим» отказалась выступать, так как их не устроило, что билеты плохо раскупались. У вас такие случаи были?
А.Б.:
— Мы вообще находимся в другом измерении. В большей степени индустрия рок-музыки представлена на Западе, там есть какие-то традиции. Знаете, группы новые и группы такого порядка, как «Eagles» и другие подобные, — они находятся в совершенно разных измерениях. Например, Полу Маккартни вообще не нужна никакая реклама. Он в любое время объявляет концерт, и этот концерт для человека стоит дороже, чем самая суперпопулярная «Linkin Park» или ещё что-нибудь. Недавно в Москве прошёл концерт Серова. Его вообще не было ни видно, ни слышно, куда он исчез? Я думал, может, на пенсию ушёл человек. Тем не менее, с неимоверно дорогущими билетами был биток полный. Это говорит о том, что сама ситуация совершенно другая, не такая, как её представляет телевидение и всё такое прочее. Поэтому можно только посочувствовать «Братьям Грим». 
Корр.: — Как вы вообще относитесь к современному рок-движению?
А.Б.:
— Я, честно говоря, не вижу никакого рок-движения как такового. Рок — это очень мощная музыка со страшной энергетикой, где всё сметает. Те же «Братья Грим» играют какой-то брит-поп, или как это называется, не знаю. Мне нравится про ресницы песня у них. 
…Честно говоря, чтобы, как в молодости, меня что-то вдохновило, воодушевило — наверное, и нет. Несколько лет назад был «Linkin Park», который мне очень понравился, а сейчас чего-то такого, что меня бы пришибло… Недавно мы слушали новый альбом группы «7Б». Это далеко не рок, но мне нравится концепция, нравится подход, музыкальность. А по поводу рок-движения, я думаю, что у нас в стране это не так популярно, потому что эту музыку очень сложно играть, нужно выкладываться ой-ёй-ёй, голова так раскалывается иногда, если чувствуешь, что не пробиваешь, а надо проорать, да так, чтобы микрофон аж залип. Это не так-то легко. 
Корр.: — С вами часто забавные случаи случаются в поездках, на концертах?
А.Я.:
— Как-то мы выступали на открытой площадке, кажется, в Америке. У нас были такие вагончики маленькие, в которых мы переодевались. И вот мы в вагончике одеваемся, готовимся к выступлению, и вдруг нам неожиданно говорят: «На сцену — «Парк Горького»!». А у Лёши (Белова — авт.) были кеды с длинным голенищем по колено, он не успел их зашнурить, выбегает на сцену, наступает на шнурок — и как грохнется! Было смешно. 
А.Б.: — Случаев миллион. Один раз мы выступали в Дании. Огромный фестиваль — 70 тысяч человек. Я такого количества красных флагов больше нигде не видел, даже в СССР на демонстрации. Они специально для нас принесли эти флаги. Мы были главной группой, которую все там ждали. Я, кстати, купил там эти кеды до колена, у них ещё платформа была очень тяжёлая резиновая… По плану выступления было так: барабанщик сначала играет, мы выскакиваем, подпрыгиваем и, когда приземляемся, ударяем по струнам первые аккорды песни. И мы выскочили. Я по привычке не рассчитал, что платформа тяжёлая, подпрыгнул высоко, а она вверх ноги понесла, сделать было уже ничего невозможно, и я приземлился с этим аккордом на одно место. (Смеётся — прим. авт.) Но эффектно было. Я ещё лежал какое-то время.
Корр.: — Где вам комфортнее жить, в Америке или в России?
А.Б.:
— Сейчас в России. Раньше мне комфортнее было жить в Америке, до тех пор, пока… Человек, когда живёт, из всего делает определённые выводы, что бы ни происходило в его жизни. Если этого не происходит, то, в принципе, вообще время потрачено напрасно. Мы уехали из страны, где строили светлый коммунизм, где к концу этого строительства никто уже в это не верил, всё было пропитано лицемерием насквозь. А учились мы играть музыку, которая пришла оттуда, с Запада. Поэтому, когда мы приехали в Америку, мы приехали в страну свободы, где всё по-настоящему и где нас хлопали по плечу и говорили: «Мы одна семья», «Всё хорошо». Потом вдруг начали случаться сюрпризы, как, например, один человек хлопал тебя по плечу, говорил, что мы одна семья, а потом исчез, и вместе с ним исчез миллион долларов. И подобные случаи с нами были не раз. А мы искренне верили в то, что они говорили, потому что человек  всегда в жизни ищет чего-то настоящего, искреннего. Так же, как взрослый человек ищет состояния детства, хочет его вернуть. У меня есть много друзей, которые мультимиллионерами и миллиардерами стали, я постоянно замечаю, как они пытаются купить это состояние, а его купить невозможно. И вот для меня как-то наступил такой момент, когда я почувствовал опустошённость. У нас уже всё было устаканено в Америке: студия своя, мы были независимы, но вместе с этим со всем наступила какая-то пустота страшная, и заполненность этой пустоты произошла именно в России. Я посетил храм, я исповедался, я почитал книги… Я увидел в России такие вещи, которых нет больше нигде. И это всё для меня сделало Америку вот такой маленькой. Всё самое главное, что мне нужно сейчас,- здесь, в России. Это такой кладезь, который невозможно даже описать. Последние десять лет я жил жизнью рок-звезды, я позволял себе всё, что только можно представить. И вот эта вседозволенность привела меня к опустошённости. Позже я прочитал слова Достоевского: «Там, где всё позволено, там Бога нет». 
Корр.: — А чего бы хотелось обязательно сделать в 2006 году?
А.Б.:
— Трудно сказать. Нам хотелось бы что-нибудь записать, какой-нибудь новый материал, есть масса всяких предложений. Посмотрим.

Справка «МК»
В конце 80-х несколько молодых парней тайно репетировали, как и многие другие рок-группы того времени, и собирались вместе в студии Стаса Намина, расположенной на территории Парка культуры и отдыха им. М.Горького. Отсюда родилось название группы. 
После нескольких удачных выступлений на концертах в СССР и Америке в 1988-89 годах молодая рок-группа стала активно сотрудничать с американскими звукозаписывающими компаниями, которые стали приглашать наших в страну свободы. Так ребята попали в Америку. Тогда их было шестеро: Александр Миньков (ныне более известный как Маршал, прозванный так за свою мечту детства стать не кем иным, как маршалом) играл на бас-гитаре, гитарист Александр Яненков («Ян»), барабанщик Александр Львов («Little» Sasha), клавишник Николай Кузьминых, Алексей Белов и Николай Носков составляли основную творческую силу «самой профессиональной студийной группы страны», по мнению музыкальных критиков того времени, — группы «Москва» под управлением Давида Тухманова. Альбом «Москвы» «НЛО» явился фундаментом для «Парка Горького».

Комментарии

Рекомендуем