Телевизионщикам станет сложнее зарабатывать на детях

Кузбасский депутат Госдумы Антон Горелкин предложил законодательно регулировать участие в телешоу детей, ставших жертвами преступлений. По мнению парламентария, это не покушение на свободу слова, а необходимая защита для детей и всего общества. Напомним, депутат высказался против программ, подобных «Пусть говорят» с участием детей, еще в начале апреля. Тогда он собрал «круглый стол», на котором рассказал, что его не устраивает в ток-шоу Андрея Малахова.

— Почему именно кузбасский депутат озаботился участием детей в телепередачах?

В Кузбассе я пять лет курировал взаимоотношения региональной власти и СМИ. К сожалению, всегда есть неблагополучные семьи, в которых с детьми происходят ужасные вещи — изнасилования, истязания. Авторы «желтых» телешоу приезжали к нам в Кузбасс и предлагали таким семьям деньги, от 100 тысяч рублей, за съемку их ребенка в своей передаче. Родители, которые столько денег в жизни не видели, охотно давали разрешение. По сути, продавали своего ребенка. Это отвратительно, но любые попытки взывать к их совести заканчивались требованием: «Давай 200 тысяч»…

— Такое не только в Кузбассе происходит…

Да, но история нашего региона имеет определенную специфику. В системе ГУЛАГа Кузбасс был узловым регионом. У нас был огромный ШОРЛАГ на юге области, имелась сеть лагерей на севере региона. После войны под Кемерово были самые большие в стране лагеря для военнопленных. Это наследство дает знать о себе до сих пор: со всей страны к нам везут людей отбывать наказание за преступления. Потом, после освобождения, большинство из них остается здесь. На криминальной статистике это сказывается не лучшим образом. Равно как и на общественных нравах, особенно в моногородах. Плюс, Кузбасс — самый густонаселенный регион за Уралом, самый урбанизированный.

— Вы хотите это исправить, запретив детям сниматься на ТВ?

— Я хочу, чтобы на детях, ставших жертвами насилия, стало гораздо труднее зарабатывать телевизионные рейтинги и деньги. Для этого не нужны запреты, а нужна внятная регламентация участия детей, против которых совершены преступления, в съемках телевизионных программ. Сейчас, чтобы сделать ребенка героем телевизионного шоу, нужно лишь письменное разрешение его родителей. Для детских игровых шоу, для познавательных или спортивных передач этого вполне достаточно. Но когда речь заходит о преступлениях против детей и их освещении в формате популярных ток-шоу — этот ограничитель не срабатывает.

— А если жертва сама хотела выступить перед телекамерами?

— «Она сама хотела», — любимое оправдание насильников. Дети и подростки — это люди с ограниченной дееспособностью. Поэтому им не продают алкоголь, не пускают на сеансы кино для взрослых, не разрешают голосовать на выборах. Даже если им кажется, что они этого хотят. Диане Шурыгиной, наверное, нравилось быть популярной в Instagram. Только в итоге она оказалась в психиатрическом стационаре. А миллионам российских подростков была продемонстрирована разрушительная модель поведения: выставляй напоказ все самое интимное, и станешь телезвездой. Это не обсуждение проблемы подростковых отношений и преступлений, не поиск ее решения, это, как говорят в киноиндустрии — сексплотейшн: низкопробная эксплуатация темы секса. В данном случае — подросткового.

-​ Что конкретно вы предлагаете, чтобы такого не допускать?

— Я предлагаю добавить еще одну инстанцию для согласования участия в телевизионных съемках ребенка, ставшего жертвой преступления. Пусть не только родители дают разрешение, но и органы опеки и попечительства.

-​ А эти органы готовы к такой работе?

— Пока нет, но это вопрос процедуры, определения полномочий, отражения их в законопроекте. Сейчас моя команда работает над этим. Главное, что от органов опеки и попечительства я уже получил положительный отзыв о своей инициативе. На совещании, которое недавно состоялось в Госдуме, их представители в целом меня поддержали и указали важные направления для доработки законопроекта. Также одобрили идею департамент социальной защиты Москвы и МВД.

-​ А кто не одобрил?

— Резко против высказались крупные телеканалы. Это было ожидаемо. Хотя, надо признаться, энергичность их протеста мне показалась чрезмерной. То как выступали на совещании в Думе юристы Первого канала и ВГТРК — это было почти хамство. Звучали все те обвинения, с которых вы начали разговор: цензура, ограничение прав прессы. При том, что невооруженным глазом видно: на детей этим гражданам просто плевать. Мой законопроект бьет по их источнику доходов, по их флагманским шоу, и они готовы защищаться на все сто процентов.

-​ Уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Анна Кузнецова в курсе вашей инициативы?

— Анна Кузнецова прекрасно осведомлена и выступает против. Ее аргументы очень похожи на то, что говорят представители телеканалов: дескать, нельзя замалчивать подростковые проблемы и преступления против детей. Такая синхронизация высказываний главного детского омбудсмена и телепродюсеров меня не удивляет. У нас официальный правозащитник это фигура, прежде всего, медийная. Еще Астахов, как все мы помним, больше любил хорошо выглядеть на телеэкране, чем заниматься проблемами детей. Когда по Первому каналу шли передачи с Дианой Шурыгиной, Анна Кузнецов заявляла, что нельзя делать шоу из детской беды. А теперь, оказывается, можно и нужно делать, чтобы проблему не замалчивать… Мне главное, что на моей стороне множество моих сограждан, моих избирателей. Я регулярно получаю их слова поддержки и поэтому продолжаю работу над законопроектом. После доработки снова предложу его на обсуждение экспертам из общественности.

-​ Вы изучали иностранный опыт? Подобные ограничения для ТВ есть в других странах?

— Конечно, есть. И сразу скажу, что универсального решения не нашли пока нигде. Во Франции проблему активно обсуждали в 2012-13 годах. Там на ТВ прошла серия детских конкурсов красоты, в которых откровенно эксплуатировалась детская сексуальность. Общество было возмущено. Французский Сенат принял жесткое решение: теперь во Франции участие в телевизионных конкурсах красоты разрешено только с 17 лет. Как я уже говорил, я не сторонник запретов, это негибкая мера. Ну, запретили они детям в конкурсах красоты участвовать, а если французские телевизионщики купят франшизу американского телешоу про детей-бодибилдеров? Тогда Сенат будет детский бодибилдинг запрещать?

Есть любопытный опыт Китая, где запретили показывать по ТВ детей знаменитостей. Но там решение в каждом конкретном случае принимает особый надзорный орган, следящий за национальным ТВ и радиовещанием. Нам такой вариант не подходит.

В Германии в каждой телерадиокомпании, вещание которой ведется больше чем на один регион, есть специальная должность: человек следит за тем, чтобы участие несовершеннолетних в шоу не противоречило возрастному рейтингу передачи. Если обсуждают секс или насилие, значит, рейтинг 18+, и детям и подросткам участвовать нельзя. Это такой вариант профессиональной саморегуляции, прописанный, однако, в законодательстве ФРГ. Нашим телекомпаниям я бы не доверил контролировать самих себя в вопросах этики.

-​ Полагаете, предложенный вами способ — удачнее?

— Мне кажется, он больше подходит нашей стране и нашему обществу. Это не запреты, которые у нас так здорово научились обходить, а дополнительное правило, за соблюдением которого будет следить государственное ведомство. В любом случае, альтернативу пока никто не предложил. Приходится быть первым.

Текст: Редакция.
Фото: личный архив А. Горелкина

Комментарии

Рекомендуем