Бензопилы, оторванные головы и детские сказки
будни ледового скульптора
Вся подноготная создания предновогодней атмосферы.
Отрезать и нарастить голову, съела и бензопила – какие ассоциации вызывают эти слова, если увязать их в одно предложение? Наверное, не самые приятные. А это всё, между прочим, издержки создания сказки.
Ежегодно мэрии всех уголков Кузбасса тратят миллионы рублей на погружение своих городов в новогоднюю атмосферу. Уходящий год, правда, получился особенным. Из-за пандемии градоначальникам пришлось попридержать свои амбиции и праздничное оформление сегодня куда как скромнее, чем в былые времена. Но даже в эти скупые дни кузбасские художники не остались без работы. Про особенности работы со льдом, клиентов и вандалов, о предновогоднем конфузе или как «девочка съела Щелкунчика» – в интервью с кемеровским скульптором Максимом Врублевским.
Люди, которые делают праздник
Тяготы выбора будущей профессии, похоже, обошли Максима стороной. «К изобразительному» его тянуло ещё со школы, поэтому следующим логичным шагом в жизни будущего скульптора стало поступление в кемеровский художественный колледж, тогда он ещё назывался училищем. Здесь Максим познакомился с тремя единомышленниками и вчетвером они организовали творческую команду.
«Скульптурой и ландшафтным дизайном мы занимаемся с 2010 года. В основном работаем с металлом и бетоном, а зимой со льдом. Площадь Советов оформляем, наверное, последние пять лет. Лёд было несложно освоить. Когда скульптурная база уже заложено, остаётся только привыкнуть к тонкостям материала. Тут главное не передавить, чтобы не отрезать лишнего, иначе придётся тратить время на восстановление утраченного фрагмента, примораживать кусок льда, нужного размера и снова вырезать. Стараемся делать всё аккуратно и неспешно, чтобы получилось с первого раза».
Максим Врублевский
Художник, скульптор.
«До весны хватает»
про клиентов и цены
Резка по льду – это сезонная работа, и соответственно, хорошо оплачиваемая. Хотя вопрос коммерции Максим пожелал оставить в тайне, по его словам, «до весны хватает». Деньги с зимних заказов для команды хоть и существенны, но работой художники обеспечены круглый год: большинство скульптур можно создать не выходя из мастерской.
Например, знаменитые среди горожан пингвины, которые ранее всей семьей стояли на проспекте Советском, созданы как раз руками команды. К слову, в этом году нелетающим птицам исполнилось десять лет.
«Мы берём заказы как от государства, так и от частников. С последними работать проще. Если заказчик администрация, то здесь всегда будет много посредников: чтобы договориться о конечном результате, нужно пройти долгое согласование. Плюс – оплата из бюджета, а это, как правило, сложнее, дольше и, что характерно, без предоплаты. Изначально мы всё делаем за свой счёт, потом нам возмещают».
Максим Врублевский
Художник, скульптор.
В этом году кемеровская мэрия держала интригу до последнего: в начале декабря скульпторы всё ещё не знали, кто будет оформлять главную площадь города.
Команда Максима, уже не надеялся, что им придётся возводить в областной столице что-то существенное, однако, пару недель назад стало ясно, что скульпторы займутся площадью Советов. Заказ, по понятным причинам, поступил скромный – две горки: одна для малышей, другая – для всех остальных. Только самое необходимое.
«В этом году из-за пандемии бюджеты были изначально урезаны, и не было известно, будет ли вообще ледовое оформление города. Всё это долго-долго тянулось и только за пару недель до декабря стало ясно, что на площади Советов что-то будет. Однако никто не знал, кто будет исполнителем. На начало зимы у нас, как и у большинства команд, уже был набран объем заказов на других площадках и даже в других городах».
Максим Врублевский
Художник, скульптор.
Небольшую ледяную скульптуру можно создать за сутки, если речь идёт о полноценном городке, – то за месяц. Самые объемные, во всех смыслах, объекты – это горки. Именно на них уходит больше всего времени и материала. За последним, к слову, скульпторы далеко не ходят: лёд для нужд города везут с Красного озера.
«Обычно мы начинаем работать сразу, как встанет лёд. Нужно, чтобы он набрал достаточную толщину, минимум 15 сантиметров, а лучше – больше. Чем объемней будет лёд, тем выразительнее получиться скульптура. Как правило, мы приступаем к работе уже к концу ноября, но последние годы зимы стояли тёплые и лёд просто не замерзает. Нам даже из-за оттепели приходилось пару раз останавливать процесс и дожидаться нормальных «минусов».
Максим Врублевский
Художник, скульптор.
Бензопилы и другие способы создания сказки
По снегу скульптуры чаще всего используют ножовки и всевозможные лопаты, по льду – стамески, всех форм и размеров, а также электро- и бензопилы. Тяжелее всего работать, конечно, с последним, но даже тут есть своя романтика.
«Я просто привык получать удовольствие от процесса. Не могу назвать это искусством в полной мере. Искусство подразумевает полёт фантазии, какую-то идею в том, что ты изображаешь. Те заказы, которые у нас есть, по большей части подразумевают ремесло – просто хорошо сделанную работу. По крайней мере, последние года все темы были какие-то очень иллюстративные: всем известные детские сказки, российские и советские мультфильмы, словом, то, что уже создано другими художниками. Однако выгорания у меня нет, потому что, хоть персонажи порою одни и те же, в них всегда что-то иначе: поза, характер и так далее».
Максим Врублевский
Художник, скульптор.
Среди всей плеяды заказов художнику сложно выделить что-то одно: «За столько лет работы уже ко всему привык, мало что удивляет», – объясняет скульптор. Пожалуй, единственный объект, который отложился в памяти, – это «резиденция Йети» в Шерегеше. Она, правда, не ледяная, и до вмешательства скульпторов, представляла собой бетонную коробку, которую в течение трёх лет команда стилизовала под скалу.
Права на ошибку в этом деле практически нет, поэтому команда старается свести все непредвиденные ситуации к минимуму. Тем не менее, один раз такая ситуация всё таки произошла. Случилось это, правда, не у нас, а в Новосибирске, но больше команда таких конфузов не допускает. О произошедшем в видео ниже рассказывает сам скульптор:
Блиц-опрос
Попадалась ли вмёрзшая в лёд рыба?
Только один год были вмёрзшие мальки. Бывает, попадаются водоросли.
Бывало, что заказчик оставался недовольным?
Даже если и да, то в лицо нам об этом не говорили. Стеснялись, может быть.
Есть ли профдеформация?
Не знаю – я же живу этим. Не могу сказать, что со мной что-то не так: в чём-то я особенный или какой-то отпечаток на мне оставляет работа. Сложно судить.
А профзаболевания?
Просто не нужно забывать о средствах защиты: там, где нужны респираторы, работаем в них; в перчатках, защитных очках, даже наушниках, если понадобиться. Защита нивелирует всё вредное воздействие.
Как прохожие на вас реагируют?
То, что фотографируют, это, безусловно. Некоторые, в основном пожилые горожане, запоминают, подходят и здороваются. Говорят: «помним-помним вас, молодцы».
Текст: Кирилл Антонов.
Фото: Максим Киселёв,
из архива Максима Врублевского.
Видео: Максим Киселёв.
Монтаж: Кирилл Антонов.
[email protected]
© 2020