Смерть на борту, секс в самолёте и наказание Россией: откровения кемеровской стюардессы

Кемеровчанка несколько лет проработала в одной из самых известных авиакомпаний России. Она рассказала нам о случаях смерти на борту, о системе штрафов, о худших пассажирах и о самом страшном наказании — Россией. Кроме того, несколько мифов о работе бортпроводников были разбиты в пух и прах. Откровенно рассказать о своей работе наша собеседница согласилась только на условиях полной анонимности.

Как стать бортпроводником

Я училась на факультете романо-германской филологии в КемГУ и после окончания университета встал вопрос – а куда мне, собственно, пойти работать? Одна моя знакомая посоветовала отправить своё CV ( Curriculum Vitae, с лат. «ход жизни», «резюме» — прим. Сибдепо) в одну из самых популярных авиакомпаний в России. Я же ничего при этом не теряла — отправила. Буквально через две недели меня пригласили на собеседование.

Генеральный директор компании выбирал работников по фотографии.

Собеседование проходило в два этапа: первый – это личная встреча с представителями авиакомпании. Ты приходишь и они начинают задавать тебе самые разные вопросы, проверяют знание иностранных языков, в частности — английского. Потом нас фотографировали и уже генеральный директор компании выбирал работников по фотографии, учитывая при этом итоги первого этапа собеседования.

После того, как ты проходишь эти два этапа, тебя направляют на ВЛЭК (врачебно-лётная экспертная комиссия). Её очень сложно пройти, нужно иметь просто идеальное здоровье, как у космонавта. Проверяют абсолютно всё: слух, зрение, вестибулярный аппарат, психику, девочек отправляют к гинекологу на серьёзное обследование. Пройти медицинскую комиссию сложно, на этом этапе многих отсеивают.

Я комиссию прошла успешно и меня вместе с другими новичками отправили на три месяца на обучение в авиашколу. Позже было ещё обучение на дополнительные виды самолётов. Учёба тоже была очень напряжённая, сложная, практически каждый день мы сдавали экзамены. Многие отсеивались на этом этапе, потому что это действительно очень сложная работа.

Первые полёты и наказания Россией

У нас есть руководство в 1 800 страниц и мы его должны досконально знать, должны быть компетентны. Перед каждым рейсом у нас проходят брифинги: мы знакомимся с командой, распределяем обязанности. Старший бортпроводник может задать любой вопрос из этого руководства и мы обязаны на этот вопрос ответить. Если же мы не отвечаем, то нас могут спокойно снять с рейса.

Бортпроводники несут ответственность — как материальную, так и уголовную.

В основном я работала в экономическом классе, но меня могли отправить и в бизнес-класс. У каждого бортпроводника перед рейсом происходит распределение обязанностей: кто-то отвечает за кухню (принимает питание), кто-то отвечает за SkyShop (кто-то называет это duty-free) и так далее. На протяжении всего рейса бортпроводники несут ответственность, причём, как материальную, так и уголовную. Не дай бог с кем-то что-то случится в полёте.

Существуют в авиакомпании и очень серьёзные штрафные санкции. В системе есть, скажем так, личное дело на каждого бортпроводника. И там отображается вся информация по нарушениям, штрафам и так далее. Если вдруг на борту случается какая-то непредвиденная ситуация, например, пассажир сильно недоволен обслуживанием, руководству на нас может поступить жалоба. Если оно оправдывает эту жалобу, то бортпроводнику не повезло. Нас лишали премии, лишали переобучения на другие виды самолётов. А если произошёл очень серьёзный инцидент, то в личном деле, после рассмотрения жалобы, конечно, мог появится так называемый «красный фонарь». И если у бортпроводника всё в этом красном фонаре, то он летает только по России.

Кто захочет каждый день в Кемерово летать?

Причём, никто же не мечтает летать по России. Кто захочет каждый день в Кемерово летать? Или в Саратов какой-нибудь. Когда летаешь за границу, час оплачивается больше, чем на внутренних рейсах. Поэтому те, кто летает в другие страны, получают зарплату значительно больше, чем те, кто летает только по России. Это ещё один фактор, почему бортпроводники стремятся работать на международных рейсах.

Есть ещё один показатель того, на каких рейсах будешь летать. Каждый год мы сдаём экзамен на знание английского, если сдаёшь на 4 и 5, то летаешь за границу. Если на 3, то в 95% случаях только по России, крайне редко могут поставить рейс куда-то в другую страну. Знание языка – очень важно, знаешь два – хорошо, три – ещё лучше. Для компании очень важно и необходимо, чтобы на борту был знающий человек. В полёте бывает такое, что пассажир не знает английский, но ему необходима какая-то помощь, например.

Мне повезло, я летала на международных рейсах, по России было всего несколько полётов. В основном я летала в Испанию, потому что сдавала экзамен по испанскому и имела доступ к прочтению необходимой информации на борту на этом языке.

Отношение руководства и коллег

Отношения между бортпроводниками формируются только в рейсе. Крайне редко мы можем снова встретиться с той же бригадой на каком-то другом рейсе. В компании около девяти тысяч бортпроводников и никогда заранее неизвестно, какая на этот раз будет команда. Я никогда не летала в одной определённой бригаде за почти три года работы, это всегда разные люди. Иной раз даже забываешь имя коллеги, потому что рейс короткий, да и обязанностей полно, которые нужно выполнять. Конечно, бывают конфликты, когда кто-то не хочет работать, например. Когда лень коллеги сильно напрягает, просто идёшь и жалуешься старшему бортпроводнику. Из-за этого, кстати, могут тоже быть большие разбирательства.

К нам относятся как к рабочему классу.

Руководство компании очень серьёзное и жёсткое, но я бы не сказала, что оно самое лучшее для бортпроводника. Нас очень много и к нам относятся как к рабочему классу, если честно. Это элементарно неприятно. Бывает ещё такое, что кто-то накосячил, а штрафуют не только человека определённого, но и весь отдел. Могут грубо с тобой разговаривать, там это нормально.

Стереотипы и суеверия в работе

Нас когда берут на работу, смотрят на рост, на вес, на внешность в целом. Есть, конечно, стандартные требования, рост не ниже 162 см, например, но они не строго соблюдаются. Лишь бы бортпроводник дотягивался до верхней полки. Среди коллег у меня есть разного роста и телосложения девушки. Это чистой воды стереотип, что если бортпроводница, то сразу модельной внешности. Иногда смотришь и думаешь: «А был ли вообще какой-то отбор?». Самые обычные девушки, с лишним весом есть, низкие.

Самые обычные девушки, с лишним весом, низкие.

Очень строго у нас всё по форме: не должно быть ничего лишнего, ногти должны быть накрашены только светлым лаком, никаких страз – ничего. Если кто-то увидит, что что-то не то с твоим одним ноготком – могут сильно наказать.

Я ещё слышала, что никогда нельзя есть на борту, что пить нельзя, мол, вода чуть ли не из унитаза. Это не так! Мы сами едим то, чем кормим пассажиров, следим за чистотой, за качеством. Очень тяжело в самолёте отравиться. Единственное, пилоты нам говорят не пить соки на борту, потому что они с рейса на рейс могут переходить, и могут быть заряжены радиацией. Но тут есть один момент: у нас есть такая услуга, как возможность заказать себе спецпитание. И, само собой, на борт загружают столько порций, сколько пассажиров эту услугу заказали и оплатили. Ну и бывает такое, что упадёт чья-то порция, любой бортпроводник поднимет и отнесёт еду пассажиру.

Есть ещё один стереотип, что когда после посадки пассажиры аплодируют – это раздражает бортпроводников. На самом деле, это не так, нам даже приятно. Хотя в большинстве случаев это благодарность пилоту, но пилот никогда этого не слышит и не знает об этом. Мы даже сами иногда аплодируем, потому что сильно рады, что наконец-то приехали домой.

С суевериями у нас всё банально: нельзя говорить «последний рейс». Если у новичка случайно вырывалась эта фраза, то опытные бортпроводники тут же отдёргивали. Ну и ещё важный момент – мы никогда не говорим плохо о самолёте, на котором летим. Нельзя ныть, что: «вот, как я не люблю этот boeing, лучше на airbus летать». Нельзя так говорить, каждый самолёт замечательный (а то вдруг обидится).

Внештатные ситуации на борту и запреты

Случаются курьёзы, конечно. Мы как-то возвращались из Мадрида в Москву, и нам забыли загрузить около 50 порций еды. Это очень много по нашим меркам, — треть, а иногда и половина самолёта. Половина пассажиров были испанцы и они не могли понять, почему они столько денег заплатили, а их даже не накормили. Мы перетаскали им всё, что возможно, из бизнес-класса, даже алкоголь, хотя это запрещено делать, если бы узнало руководство – наказали бы всю бригаду. Причём очень жёстко. Было очень сложно, один испанец кричал на меня, довёл до слёз, а я-то что могу сделать? Да, людей можно понять, полёт длился пять часов – это достаточно долго. Кто-то летел с детьми даже, попробуй им объясни, почему они голодают.

Один испанец кричал на меня, довёл до слёз, а я-то что могу сделать?

На борту иногда кому-то становится плохо, но мы обучены оказывать первую медицинскую помощь, поэтому всё благополучно заканчивалось. Всего пару раз приходилось использовать кислородный баллон. У меня лично в рейсе ничего страшного не случалось, меньше коллеге моей повезло. У них как-то летел ребёнок один, без родителей. Так можно делать, если заранее необходимые документы собрать. Так вот, в полёте он просто уснул и не проснулся. Это был большой скандал. Увы, случаи смерти на борту бывают часто. Мы даже умеем принимать роды, хотя уже очень давно не было такого случая, чтобы пассажирка начала рожать прямо во время полёта.

Увы, случаи смерти на борту бывают часто.

Среди запретов у нас – посторонние разговоры. Нам, например, нельзя говорить с пассажирами о политике, о деньгах – это самые запретные темы. О личном нельзя тоже разговаривать с пассажирами, если кто-то услышит и пожалуется – снова будут проблемы у всей бригады.

Разновидности пассажиров  

Очень аккуратно нужно говорить с пассажиром в целом, они сейчас очень капризные. Они знают свои права, они знают, что если найти какой-то косяк в работе бортпроводника, то можно получить бесплатные мили, большие скидки, или же стать приоритетным пассажиром. Во время полёта действительно создаётся ощущение, что ряд людей здесь находятся только ради того, чтобы найти мелкие нарушения, написать жалобу и что-то там бесплатно получить. Никогда не знаешь, что от таких ждать, они даже могут начать рассматривать твои колготки, чтобы найти в них недостаток.

Русские пассажиры – наглые и капризные.

Если сравнить пассажиров российских и иностранных – это, конечно, большая разница. Наши соотечественники намного капризнее, даже если едут в «экономе», требуют к себе очень много внимания. С ними действительно тяжело работать. Это ещё одна причина, почему никто не хочет летать по России. Иностранцы в этом отношении попроще, они приветливее, улыбчивее, много в принципе не требуют. А наши наглые большей частью.

Такая же разница видна между пассажирами «эконома» и «бизнеса». Бизнес-класс – это совсем другая технология работы. Мы предлагаем еду и напитки с подносами, тележка только с прессой. В этом классе действительно индивидуальный подход, общение формируется по-другому. Там клиент всегда прав, ты ничего не можешь ему сказать. В этом отношении тяжелее работать морально. Но с другой стороны – пассажиры в «бизнесе» адекватнее, потому что в основном богатые люди летают, воспитанные. Здесь, опять же, есть обратная сторона – бывает, что летают звёзды какие-нибудь, напьются и дебоширят. И ничего с ним не сделаешь. А как-то была очень неприятная ситуация: летела у нас в «бизнесе» Ирада Зейналова, ей не достался дорожный набор на коротком ночном рейсе и она закатила такой скандал… Написала жалобу, что её плохо обслуживают, как так, что у нашей-то авиакомпании и нет дорожного набора, как это так. Большой скандал получился, она себя так некрасиво вела, после этого рейса я была разочарована в ней.

Из забавного: часто бывает, что парочки в туалете запираются. Да даже те же знаменитости этим грешат. Но мы ничего особо сказать не можем, это же не противоречит правилам авиакомпании. Да и что мы им скажем? Единственное – пассажирам нельзя долго в туалете находиться, мы можем постучаться, но это исключительно в целях безопасности. Если человек отвечает – оставляем в покое, если тишина – открываем дверь снаружи, вдруг ему требуется помощь.

Часто пассажиры могут просто вызвать тебя, нажав на кнопку, чтобы просто спросить: «а где мы летим?» или «над какой страной мы пролетаем?». Увидят какие-то горы и давай спрашивать, а мы-то откуда знаем? Мы заняты своими делами, заботами, в таких случаях приходится звонить капитану, он информацию уже собирает и даёт нам. А мы уже докладываем любопытным пассажирам.

Домогательства и служебные романы

Мы можем за непристойное поведение пассажира сдать его в полицию, поэтому крайне редко бывают какие-то приставания. Нам говорят, что нельзя давать номер телефона пассажирам, но многие девочки знакомятся в полёте, оставляют свой контакт.

Иногда пилот может лететь в одном самолёте с женой и любовницей.

К служебным романам у нас нормальное отношение, но здесь есть проблема: мы редко видимся с одними и теми же людьми. В любом случае, мы много времени проводим в полёте, поэтому могут возникать какие-то романтические отношения. Иногда пилот может лететь в одном самолёте с женой и любовницей. А они, конечно, не будут об этом даже догадываться. Шустрый пилот может и с двумя любовницами лететь.

Проблемы со здоровьем и зарплата

Мы, к сожалению, летаем очень часто. По правилам, бортпроводники должны летать не более 80 часов в месяц, но частенько мы летаем шесть дней в неделю и выходной всего один. Особенно ужасный график у старших бортпроводников. У меня рейсы были чаще всего через день. Крайне редко выпадали два выходных дня. Не всегда мы успеваем посмотреть город или страну, в которую прилетаем. Обычно день на отдых даётся тем бортпроводникам, которые летают на широком фюзеляже.

Не сможет бортпроводник летать больше 10 лет.

После такой работы начинаются проблемы с давлением, а у меня ещё и со спиной проблемы начались. Представляете, тележка первая с напитками весит 100 килограммов, то есть, на каждого бортпроводника по 50 килограммов приходится. Плюс мы на кухне разные ящики тягаем, очень редко в рейсе попадаются мужчины. Но это всегда счастье для нас. Да и при плотном графике не сможет бортпроводник летать больше 10 лет. Многие просто не выдерживают такой график, поэтому и увольняются. Я тоже ушла из-за проблем со здоровьем. Физически, да и морально, тяжело. Не стоит моё загубленное здоровье этих денег, решила, что буду работать по образованию, а то могу потерять квалификацию.

У нас есть фиксированный оклад, он же белая зарплата, очень маленький – 8 тысяч рублей. Всё остальное – это оплата за каждый час полёта, доплата за вредность, за знание иностранных языков, ну и премия. Последняя, кстати, очень большая, почти как две зарплаты. В общей сложности за месяц получается в среднем тысяч 80. Если без штрафов работать.

Текст: Карина Миллер.
Фото: Кадры из сериала "Пэн Американ".

Комментарии

Рекомендуем