Выжить на сотку в Германии: кемеровчанка о том, как получить образование за границей

Дарья Капустина родилась в Кемерове, шесть лет живёт в Германии, через три года станет доктором наук и сможет победить болезнь Альцгеймера. Бывшая кемеровчанка и докторант европейского вуза рассказала о тараканах в немецкой общаге, ужасной мобильной связи в Европе, а главное, о том, как почти бесплатно учиться за границей.

«Если я не справлюсь, кто тогда справится?»

Я родилась и первые 25 лет прожила в Кемерове. В детстве в мультиках мне больше всего нравились сумасшедшие учёные. Их лохматые гривы, горящие глаза, колбы, из которых валит пар – вот это прям любила! Я хотела быть такой же. Наверно, это может показаться странным, но именно этих персонажей я считала настоящими героями. Когда стала старше, поняла, что мне безумно нравится узнавать новое, откапывать что-то интересное, проводить научные эксперименты. А чтобы этим заниматься, нужно иметь хорошее образование. Ну, я не говорю, что получить такое образование в России нереально. Хотя, чёрт возьми, да, в России это нереально.

В детстве я мечтала, что буду учиться в Оксфорде. В старших классах стала рациональнее и поняла, что Оксфорд мне, конечно, не светит – надо искать что-то попроще. Самым простым вариантом было поступить в Кемеровский государственный университет. Там я окончила биологический и психологический факультеты. Всё, началась взрослая жизнь, нужно зарабатывать деньги.

Сначала отправилась в Сочи, потому что там были стройки. Значит, можно найти работу c хорошей зарплатой. Потом уехала в Ростов-на-Дону. Шило в одном месте – страшное дело. Было интересно, как живут в других городах. Работала менеджером по персоналу, эргономистом. Потом, когда копила деньги, чтобы учиться за рубежом, стала продавать недвижимость. Работа ужасная, ненавидела её всей душой. Как только собрала нормальную сумму, продажу недвижимости я с удовольствием бросила.

В Ростове-на-Дону есть представительство немецкой службы академических обменов. Там я узнала, что учиться в магистратуре в Германии можно почти бесплатно. Ну, очень дёшево, даже по российским меркам. Плата за семестр – 280 евро (примерно 22 тысячи рублей). В неё входит оплата проездного, бесплатное посещение театров и музеев, по студенческому получаешь огромную скидку в спортзал. В Германии вполне реально самой оплачивать образование, жить и ни от кого не зависеть.

Гёттинген

Вуз, который я выбрала, это Университет Георга Августа, факультет биологии и психологии. Он находится в городе Гёттинген. Я всегда хорошо училась. Делала собственные исследования. Так что у меня не было мыслей, типа: «О Господи, это слишком сложно, я не справлюсь!» Если я не справлюсь, кто тогда справится?

Стала готовится к поступлению в магистратуру. В университет нужно предоставить сертификаты о том, что знаешь английский и немецкий языки. Это первое, чем я занялась. Языковые сертификаты, копию дипломов, ещё какие-то документы отправила по почте. И стала ждать. Представители вуза со мной связались и пригласили приехать в Германию. То есть я поступила. От радости я чуть потолок головой не пробила! На ушах ходила, не могла поверить, что теперь я студентка иностранного вуза.

«Уборщица орёт на всех, как в России»

Сначала я прилетела в Берлин. Впечатлений никаких не было, потому что самолёт задержали, летели долго – вот эта вся канитель. Кошмарно устала. Но потом, когда приезжала в Берлин погулять, мне там дико понравилось. Потрясающая атмосфера. Знаешь, как будто приходишь в клуб по интересам. Атмосфера доброй тусовки. Тебя там не знают, но уже заранее хорошо к тебе относятся. И вы на расслабоне тусите вместе. От Берлина примерно такое ощущение. А ещё здесь все знают по два-три языка. Вначале меня это очень удивляло.

В Гёттингене я обитала в частной общаге, очень дешёвой. Комната, которую я снимала, была ужасной. Слава богу, жила одна. Два туалета и два душа на этаж. Люди вокруг очень шумные. Запахи эти характерные, чья-то еда по кухне размазана. Даже тараканы были. Представляешь, я их триста лет не видела, а тут мы встретились в Германии. Уборщица ходит со шваброй и орёт на всех, как в России. В шесть часов утра она очень любила пылесосить в общем коридоре.

Я жила на первом этаже, рядом что-то вроде актового зала. Раз в месяц там проводились дискотеки. Я их ненавидела всей душой. Спать хочу, а у них музыка орёт так, будто она в моей комнате играет. Потом у меня появился парень, мы с ним решили вдвоем снимать жильё. Иначе так бы в этом тараканнике и осталась. Когда я оттуда сбежала, это было просто счастье! Вот такая частная общага в Германии.

Студентам вуз предоставляет что-то вроде коммуналки на два-три человека, и там отличные условия. Внутри двухэтажная квартира. На первом этаже ты живёшь, на втором – твой товарищ. У меня подруга обитала именно в этой общаге. А я не смогла попасть в такой домик, потому что на них гигантская очередь.

Общежития Университета Георга Августа

На самом деле мои первые годы в Германии – ужасное время, мне даже вспоминать неприятно. Денег мало, есть нечего. Нужно как-то выкраивать на оплату жилья и Интернета – просто кошмар. Когда училась в магистратуре, работала нянечкой и сиделкой, пока не приняли закон, по которому весь младший медицинский персонал должен подтверждать свою квалификацию, а мне её подтвердить нечем. Теоретически можно было бы пройти курсы, но с моей загруженностью я это не потянула. Работала где придется. Собирала копейки на жизнь.

«Плыви, сосиска»

Обучение в Германии очень сильно отличается от российского. Я долго пыталась понять, что вообще происходит и куда бежать. В основном учат на английском, поэтому язык знать очень важно. Самое главное отличие – здесь ты сам выбираешь предметы, которые будешь проходить, формируешь себе схему обучения от начала до конца. Я обучалась по программе, которая включает нейробиологию, поведенческую биологию и биологию развития. Я не взяла ни одного поведенческого модуля. В Германии так можно.

Здесь студент полностью самостоятелен. Сам ищешь научного руководителя, выбираешь тему для диплома. Самостоятельно находишь место для практики. Над душой у тебя никто не стоит. После обязаловки, какая существует в России, к самостоятельности приспособиться трудно. Сидишь ждёшь, когда придут и скажут, что делать. А никто не скажет – надо самой.

Есть специально обученная тётенька, типа куратора. К ней приходишь, если возникают вопросы. Она всё подробно разжёвывает. У нас, кстати, она хорошая, всегда очень толково объясняет. Но это всё. Никто не пасёт студентов. За тобой никто не бегает. Если у тебя есть вопросы – приходишь и задаёшь. А если ты почему-то не задаёшь вопросы – значит, у тебя их нет.

При халявной нагрузке – сама же выбираешь, как себя нагружать – всё равно есть определенное количество рабочих часов за семестр, которые нужно набрать. Если что, можно записаться в спортзал от университета и набрать часы физрой. Этого никто не запрещает. Можно в студенческом театре играть, тоже считается рабочими часами. Можешь делать, что хочешь. Но, если вдруг не наберёшь часы – выгонят.

Дарья Капустина

По сравнению с обучением в России, тут очень-очень много практических занятий. Приходишь в вуз, полтора часа слушаешь лекцию, а потом до вечера в лаборатории жуков режешь. Бывают занятия, когда ты самостоятельно делаешь проект в лаборатории. Тебе, конечно, всё покажут, объяснят технику безопасности, в журнале ты распишешься. Ну и всё, дальше сам. Плыви, сосиска. Это трудновато.

Здесь реально сложно сдавать экзамены. В России ночью читаешь конспект, на следующий день отвечаешь – тебе ставят пятерку. В Германии это не прокатит. Начинаешь готовиться за пару недель. Иначе можешь не рассчитывать даже на тройку. Все экзамены письменные. Списать абсолютно нереально, серьёзно.

В России есть такая шутка, что на занятии вы проходите два плюс два, а вопрос на экзамене – вычислите интеграл. Здесь именно так. В лекциях очень хорошо дают базовые знания. Ты идёшь с этой базой и читаешь дальше. И читаешь, и рисуешь схемы, и опять читаешь. Потому что на экзамене тебя спросят шире и глубже, чем было в лекциях. Надо изучить информацию по ссылке, которую давали мелким шрифтом на последнем слайде. Конечно, можно пересказать и лекции, это тоже будет считаться правильным. Но выше тройки не получишь.
На сдачу экзамена даётся три попытки. Если все-таки не сдаёшь, тебя из университета никто не выгонит, всё хорошо. Но ты теряешь право пересдать этот предмет, и он у тебя не будет отмечен в дипломе.

В магистратуре обучаются два с половиной года. Если у тебя есть уважительные причины, из-за которых не можешь уложиться в этот срок, допустим, болела или ты иностранка и тебе сложно адаптироваться, добавят еще полтора года. Получится четыре года на обучение.

Студентам платят стипендию. Но для её получения нужно активнее участвовать в общественной жизни, публиковать свои статьи, выступать. А я первые пару лет бегала с выпученными глазами и пыталась понять, что вообще происходит. Потом освоилась, но время, когда можно претендовать на стипендию, было упущено.

Гёттинген            

«Бактериям пофигу, выходной сегодня или нет»

В Германии сначала учишься в бакалавриате, потом – в магистратуре, потом – в докторантуре. После окончания становишься доктором наук. Я учусь до сих пор, сейчас уже докторантка. Магистратуру окончила с тем, что в России называется красным дипломом. Сама не ожидала. В Германии в докторантуре обучаются 3,5 года. Я поступила совсем недавно – 3 месяца назад.

Докторанты проводят научные исследования. Я ехала в этот университет, потому что хотела заниматься нейроинтерфейсами. Это всякие модные штуки. Например, человек силой воли управляет компьютерным курсором. Или роботизированные руки для людей, потерявших конечности.

Но в процессе обучения как-то свернула в молекулярную биологию, чего сама не ожидала. Я её всю жизнь ненавидела. А тут поняла, что на самом деле молекулярка интересная и это не так сложно, как мне казалось. Нейроинтерфейсы – это, грубо говоря, работа с мозгом и компьютером. А молекулярная нейробиология больше про механику работы мозга, про самую суть. Вот мне хочется ближе к сути.

Я работаю в основном с нейродегенеративными заболеваниями. Это болезнь Паркинсона и болезнь Альцгеймера, например. Изучаю, как именно это происходит, как можно предотвратить. Конечно, хочу остаться в вузе и продолжать заниматься исследованиями. На самом деле это единственная работа, от которой меня по-настоящему прёт.

Моя занятость в вузе зависит от проекта. Бывает, начинаешь делать какой-то эксперимент, и чашки с бактериями должны постоять в определенной среде, допустим, сутки. Утром пришла, сделала, что нужно, и свободна как ветер. Можно пойти теорию изучать, можно пойти купаться, как я сейчас. В другой день у меня процесс часов на 12. Значит, приходишь утром, уходишь ночью. Занятость абсолютно не нормирована, потому что бактериям пофигу, выходной сегодня или нет. Когда писала диссертацию, я вообще работала без выходных. Даже несколько ночей провела прям в лаборатории. Такое иногда происходит.
Сейчас мне платят за мои исследования. Я получаю около 1200 евро в месяц (это примерно 96 000 рублей). Больше нигде не работаю – этих денег достаточно. Мне нравится, что я могу заниматься любимым делом, сутками нянчить бактерии и не думать при этом, будут у меня завтра деньги на еду или нет. Боюсь, в России такое почти невозможно.

«Мы катались на автобусе, и это было очень дорого»

Конечно, Германия вовсе не рай на земле. Здесь много своих недостатков. Например, снимать жильё в Германии, по сравнению с Кемерово, очень дорого. Я сейчас живу в коммуналке с соседом. Коммуналки здесь примерно такие же, как в России. Обычная двушка с общими кухней и санузлом. Мы с ним платим около 600 евро (примерно 48 000 рублей). Плюс электричество и Интернет. Это дорого. И вообще в Гёттингене очень сложно найти квартиру, потому что здесь много студентов, постоянно кто-то приезжает учиться. Иностранцев много, это ведь студенческий город. А в больших городах уйма мигрантов и беженцев.

Здесь кошмарно дорогая медицинская страховка. Ужасный, очень дорогой и очень плохой Интернет и такая же мобильная связь. Чуть отойдешь от городской черты – и всё пропало в буквальном смысле слова. Останешься без связи и Интернета совсем.

В России есть шутка про бедного студента, который предлагает девушке покатать её на автобусе. В Германии это вообще не шутка. Здесь очень дорогой проезд в общественном транспорте. Меня это особо не затрагивает, потому что у меня проездной от вуза. Но вот приезжала моя сестра из России в гости, мы с ней катались на автобусе по городу – и это было очень дорого.

Я живу в Германии уже довольно давно, ко многому привыкла. Не вижу особой разницы между русскими и немцами. Люди здесь, в принципе, такие же. Есть хорошие, есть плохие, есть дружелюбные, есть буки, есть обыватели, есть творческие личности. Люди разные. Но вот чем немцы точно отличаются от русских – это доверчивостью. Я очень долго не могла к этому привыкнуть. Местные мне казались такими доверчивыми, такими наивными – просто капец!

Наверно, поэтому в Германии многое делается на доверии. Например, можно где угодно оставить рюкзак – его никто никогда не тронет. Парень, с которым мы жили вместе, постоянно свои вещи бросал посреди торгового центра и пёрся куда-нибудь. У меня просто волосы дыбом вставали. Я возмущалась: «Ты что вообще делаешь?!» А для них такое нормально. Но это не распространяется на велосипеды. Велосипеды как раз воруют только так.

Ещё в Германии больше верят на слово. В России, чтобы какой-то факт подтвердить, надо справку, а тут просто говоришь: «Дела обстоят вот так». Тебе отвечают: «Ну, молодец». Здесь гораздо меньше всякой бумажной волокиты. Просто другое отношение к людям. Тебе доверяют, тебя не подозревают, как обманщика или преступника. В Германии человека заранее уважают – это круто.

Текст: Агата Рыжова.
Фото: архив Дарьи Капустиной,https://pixabay.com/ru/

Комментарии

Рекомендуем